Сколько бы телефонных переговоров между начальником Генштаба ВС России Валерием Герасимовым и председателем Комитета начальников штабов ВС США Джозефом Данфордом ни состоялось в ближайшие недели, незыблемым фактом остаётся одно: штаб возглавляемой США международной коалиции продолжает в спешном порядке разрабатывать широкомасштабную военную операцию против правительственных войск Сирии, направленную на вытеснение Сирийской арабской армии из окрестностей южного района деэскалации Даръа — Эс-Сувейда — Эс-Кунейтра, а также с громадного 420-километрового южного участка четырёх провинций (Эс-Сувейда, Дамаск, Хомс и Дейр-эз-Зор). Судя по информации о накоплении сил западной коалиции, одновременно поступающей из района 55-километровой «зоны безопасности» близ Ат-Танфа, района «Хушамского кармана» близ Дейр-эз-Зора и различных участков Средиземного моря, а также Персидского залива, можно прийти к выводу, что проводиться данная военная акция будет в несколько этапов.

В первую очередь это полное уничтожение средств радиотехнической разведки, дальнего радиолокационного обнаружения, ПВО и РЭБ сирийской армии, что сделает её беззащитной перед действиями штурмовой и армейской авиации, поддерживающей наступление танковых подразделений и ССО из Ат-Танфа и Хушама. Во-вторых, это нанесение ударов по командным пунктам и узлам ретрансляции с целью лишения САА сетецентрической увязки, а значит, и возможности оперативного взаимодействия при построении оборонительных порядков в пустынной местности Хомса и Дейр-эз-Зора. В-третьих, это, конечно же, наземная фаза операции, в которой будут задействованы механизированные подразделения КМП США, СВ Великобритании, а также такие специализированные формирования, как SAS и «зелёные береты». Численность штурмовой группировки планируют обеспечить за счёт «пушечного мяса» из «умеренной оппозиции», «ан-Нусры», ИГИЛ, а также отрядов «Сирийских демократических сил», переученных под требования «Новой сирийской армии» в лагерях провинции Хасеке. Технический потенциал данной группировки, несомненно, будет возложен на плечи американских и британских военнослужащих.

На этот раз, когда в штабе западной коалиции уже начали потихоньку предвкушать оперативно-стратегические дивиденды от грядущей военной операции, Москва преподнесла совершенно неожиданный «сюрприз», абсолютно не вписывающийся в наполеоновские планы Вашингтона и Лондона. Изначально это было предупреждение со стороны генерала Валерия Герасимова о перехвате запущенных по сирийским военным и административным объектам СКР UGM/RGM-109E, а также ответном ударе по эсминцам и крейсерам-носителям средств-воздушного нападения ВМС США в случае, если появится угроза для российского военного контингента (в данный момент наш контингент присутствует на многочисленных объектах, имеющих стратегическое значение для САА). Даже этого хватило, чтобы такие крупные военные чиновники, как глава оборонного ведомства США Джеймс Мэттис, председатель Комитета начальника штабов американской армии Джозеф Данфорд, а также глава Центрального командования Военно-воздушных сил США, генерал-лейтенант Джеффри Харриган начали чесать затылки в раздумьях над путями выхода из сложившейся ситуации. Вся соль заключалась в том, что предупреждение Герасимова простым сотрясанием воздуха не ограничилась. Уже через несколько дней поступила информация о прибытии в Сирийскую Арабскую Республику дополнительных дивизионов С-400 «Триумф».

Параллельно с этим, в воздушном пространстве над Восточным Средиземноморьем (над восточной и северной частями Кипра) стало периодически пропадать покрытие радионавигационной системы GPS, о чём регулярно сообщают пилоты гражданских бортов, воздушные коридоры которых проходят в 100—200 км от средиземноморского побережья Сирии. Очевидно, что «в игру» включились наземные комплексы радиоэлектронного противодействия, осуществляющие постановку радиоэлектронных помех в L-диапазоне дециметровых волн, который полностью перекрывает частотный диапазон радионавигационной системы GPS от 1,228 до 1,575 ГГц. Вполне понятно, что работа средств РЭБ на излучение была запущена как для подавления NAVSTAR-модулей, входящих в состав БРЭО стратегических крылатых ракетах «Томагавк» в случае осуществления ударов по Сирии, так и для усложнения функционирования средств радиолокационной и радиотехнической разведки воздушного базирования (от самолётов ДРЛО E-3C до самолётов стратегической РТР/РЭР RC-135V/W).

Корабельная ударная группировка ВМФ России в Восточном Средиземноморье также была расширена. В день до громкого заявления Валерия Герасимова, 13 марта 2018 года, через Босфор в направлении восточной части Средиземного моря прошел фрегат пр. 11356 «Адмирал Эссен», являющийся носителем стратегических крылатых ракет «Калибр-НК». Затем в этом же направлении проследовал более устаревший СК пр. 1135М «Пытливый». Некоторые наши псевдоэксперты принялись высмеивать данное решение, указывая на его якобы «ничтожность» перед теми масштабными шагами, которые предпринимаются командованием ВМС США (перемещение в Средиземное и Красное моря большого количества эсминцев и крейсеров УРО, вооружённых не только «Томагавками», но и ПКР «Гарпун»).

К примеру, в комментариях на «Военном Паритете» проскакивали насмешки над многоцелевым ударным комплексом сторожевого корабля «Адмирал Эссен», который обладает лишь одной универсальной вертикальной пусковой установкой 3С90Э.1 на 8 транспортно-пусковых контейнеров для стратегических крылатых ракет 3М14К, предназначенных для ограниченных ударов по удалённым наземным объектам противника, в то время как западные военно-морские соединения имеют в арсенале универсальных вертикальных пусковых установок Mk 41 сотни стратегических UGM/RGM-109E и десятки противокорабельных RGM-84 «Гарпун», размещённых в наклонных ПУ Mk 141. В ту же очередь, данные «эксперты»-комментаторы даже не удосужились вспомнить о том, что в семействе «Калибров» присутствуют не только стратегические крылатые ракеты, но и противокорабельная модификация 3М54Э, третья боевая ступень которой разгоняется до скорости в 3М и способна выполнять интенсивные противозенитные манёвры на подлётном участке траектории.

Перехватить столь сложную и высокоманевренную цель с использованием зенитных управляемых ракет RIM-162 ESSM «Evolved Sea Sparrow Missile» хоть и возможно, но достаточно проблематично, ровно как и ещё более «вёрткую» 3М55 «Оникс». Единственным шансом для успешного уничтожения противокорабельных вариантов «Калибров» в модификации 3М54Э и ПКР 3М55 «Оникс» остаётся лишь использование американскими «Иджис»-эсминцами класса «Арлей Бёрк» сверхдальнобойных зенитных ракет-перехватчиков SM-2 Block IVA (RIM-156B) и SM-6 (RIM-174 ERAM) в режиме загоризонтного перехвата. Но и здесь 100%-х гарантий на удачное отражение противокорабельного удара у американцев попросту нет, поскольку «Ониксы» обладают возможностью выполнения энергичных противозенитных манёвров и на маршевом участке траектории, а SM-6 — ракеты маломаневренные.

Более того, при попытке загоризонтного перехвата «Ониксов», операторы штатовских «Иджисов» вынуждены будут надеяться исключительно на помехозащищённость и стабильность «захвата» целей посредством активной радиолокационной ГСН зенитных ракет SM-6, а также на точность целеуказания от бортов ДРЛО E-3C/E-2D непосредственно на борт ЗУР по радиоканалу «Link-16». В условиях направленных, шумовых и заградительных помех со стороны наших корабельных и воздушных комплексов радиоэлектронной борьбы, действующая автономно АРГСН SM-6 может серьёзно ошибиться, а возможности выдачи скорректированного целеуказания от AN/SPY-1D не будет, ведь перехват загоризонтный.

Вывод таков: даже 8 «Ониксов» или противокорабельных «Калибров» в сверхзвуковом исполнении способны создать паре-тройке американских эсминцев УРО «Arleigh Burke» или крейсеров УРО «Ticonderoga» целый воз проблем, и это без учёта неизвестного количества скрывающихся в акватории Средиземного моря сверхмалошумных дизель-электрических подводных лодок 2-го ранга проекта 636.3 «Варшавянка» (в составе Черноморского флота 6 ДЭПЛ данного типа). Каждая из них может нести как стандартный боекомплект из 4 стратегических (3М14Т) или противокорабельных (3М54Э) «Калибров», так и расширенный ударный арсенал из 8 — 12 3М54Э. К примеру, три находящиеся в Средиземном море подлодки «Новороссийск», «Колпино» и «Ростов-на-Дону», совместно с СК «Адмирал Эссен», способны выдать по авианосным ударным группировкам ОВМС НАТО залп из 20 — 44 «Калибров». А есть ещё и Ту-22М3 с их ПКР Х-38, и МиГ-31БМ с их «Кинжалами», и «Сушки» с Х-31АД. Так что не советую некоторым нашим обозревателям трубить в комментариях о том, что «всё пропало» и пытаться всячески подорвать авторитет наших военно-морской и воздушно-космической группировок на Сирийском театре военных действий.

Именно усиление противоракетной компоненты над Хмеймимом и Тартусом, военно-морской составляющей российского флота восточнее Кипра, а также активация средств РЭБ на всём средиземноморском воздушном направлении заставили командование Военно-морских сил США и ОВВС международной коалиции полностью переработать стратегию выполнения массированного ракетного удара по Сирии, что в итоге отразилось на задержке широкомасштабной военной операции в целом. Теперь остаётся выяснить следующее: какие «воздушные лазейки» для осуществления массированного ракетного удара по САР рассматриваются стратегами в командованиях ВМС и ВВС США в качестве наименее рискованных (в условиях установленной над Восточным Средиземноморьем зоны A2/AD)? Для ответа на этот вопрос необходимо расширить горизонты нашего видения с относительно небольшого Сирийского ТВД до просторов всего Переднеазиатского региона.

Те, кто внимательно следит за новостными блоками отечественных и зарубежных военно-аналитических ресурсов, успели обратить внимание не только на приостановку реализации силового сценария в Сирии со стороны сил коалиции в целом, но и на полное переформатирование первой фазы этого сценария — тактической воздушно-космической наступательной операции. Сформированная в воздушном пространстве над Восточным Средиземноморьем и западными провинциями Сирии противовоздушная зона ограничения и воспрещения доступа и манёвра A2/AD, а также аналогичные противокорабельный и противолодочный «заслоны» вынудили корабельные ударные группировки американских ВМС приступить к развёртыванию не восточной части Средиземного моря (как это было ранее), а ближе центральным его участкам, на что указывает отсутствие новостей о нахождении американских НК у берегов Крита или Кипра. Остальные КУГ выбрали для развёртывания Красное море и Персидский залив. Данный ход является не только весьма продуманным, но и практически беспроигрышным, так как позволяет американским эсминцам и крейсерам-носителям «Томагавков» сохранить огневой контроль над всей территорией Сирии, оставаясь вне радиуса действия многоцелевого ракетного комплекса с аэробаллистической ракетной «Кинжал», в случае его появления в ближневосточном небе.

Для этого основному «ударному активу» 5-го флота ВМС США, в зону ответственности которого входят Красное и Аравийское моря, а также западная часть Индийского океана и Персидский залив, останется лишь расположиться немного севернее Баб-эль-Мандебского пролива (примерно в 2200 км от сирийской территории) и осуществить пуск пары сотен СКРМБ «Tomahawk Block IV» с дальностью действия в 2400 км. Что в этом моменте является самым неприятным с тактической точки зрения?

Большая часть траектории полёта RGM-109E будет проходить не в нейтральном воздушном пространстве над Средиземным морем, а над пустынным рельефом в воздушном пространстве Саудовской Аравии и Иордании. В этом случае Воздушно-космические силы России будут практически лишены возможности раннего перехвата «Топоров», ведь относительно немногочисленное тактическое авиакрыло ВКС России в САР не может свободно действовать в воздушном пространстве СА, военно-воздушные силы и средства ПВО которой являются наиболее мощными во всей Передней Азии наравне с Хель Хаавир. Тем не менее, узкое «окно возможностей» для ослабления удара с этого направления всё же имеется. Дежурящие в воздушном пространстве над провинцией Дамаск и Хомс самолёты радиолокационного дозора и наведения А-50У способны обнаружить приближающееся к Сирии «облако Томагавков» на удалении около 100 — 120 км (с учётом использования противником самолётов РЭБ на траектории подлёта RGM-109E). С помощью нехитрого подсчёта определяем, что для перехвата стратегических крылатых ракет на подлётном участке траектории (от точки их обнаружения до целевых районов в провинциях Дамаск, Хомс и Хама) у истребительной авиации и наземных средств ПВО ВКС России останется примерно 8 — 9 минут.

Первым эшелоном перехвата «Томагавков» могут стать дальние перехватчики МиГ-31БМ, несущие на точках подвески ракеты класса «воздух-воздух» большой дальности Р-33С или Р-37 на четырёх подфюзеляжных узлах и РВВ-АЕ на подкрыльевых узлах. Всего 3 звена этих машин, при целеуказании от А-50У, способны уничтожить от 48 до 96 крылатых ракет противника за несколько минут (с использованием терминалов для обмена тактической информацией и распределения целей). Даже такой шаг позволит примерно на 30% ослабить удар «Томагавками» со стороны корабельных группировок американского флота, развёрнутых в Красном море. Так, ещё в начале 2000-х годов, сразу после проведения Объединёнными ВВС США и Великобритании воздушной операции «Лиса пустыни» в декабре 1998-го года, российские эксперты пришли к выводу, что если бы на вооружении Военно-воздушных сил Ирака состояли перехватчики МиГ-31Б, то ущерб был бы нанесён примерно 10% военных и промышленных объектов страны, среди которых были дивизионы ЗРК, командные пункты, узлы связи, авиабазы, а также инфраструктура Республиканской гвардии.

Естественно, такой вывод можно считать некоторым преувеличением, ведь по официальным данным американская стратегическая авиация, а также ВМС США и Великобритании запустили по целям не менее 415 стратегических крылатых ракет воздушного базирования AGM-86С CALCM и морского базирования RGM-109C/D Block III. Следовательно, для перехвата 90% от данного количества ракет в МРАУ (373 СКР) необходимо не менее двух истребительных авиаполков МиГ-31Б (более 60 машин) с учётом оснащения каждого перехватчика 4 УРВБ Р-33 и 2 УРВБ Р-40Т/Р-60М. И это не принимая во внимание тогдашнее отсутствие на вооружении ВВС Ирака современных воздушных комплексов ДРЛО (один самолёт ДРЛО «Adnan-1» был повреждён на АвБ Al-Taqaddum в ходе авиаудара ОВВС западной коалиции в конце января 1991-го года , ещё 2 перелетело в Иран) и использование противником РЭБ. С учётом последней тактической детали, а также далеко не 100%-й вероятности поражения «Томагавков» посредством Р-33, необходимое количество МиГ-31Б для противопоставления операции «Лиса пустыни» должно было превышать 100 единиц.

В сегодняшнем вопросе отражения планирующегося удара по Сирийской Арабской Республике глубоко усовершенствованные МиГ-31БМ, оснащённые в 2 раза более дальнозорким бортовым ПФАР-радаром «Заслон-АМ», будут куда более эффективны, нежели устаревшие МиГ-31Б. Но одних только этих машин будет абсолютно недостаточно. Логично, что для довершения картины потребуется использование развёрнутых на Хмеймиме многоцелевых истребителей-перехватчиков Су-30СМ и Су-35С, а также зенитно-ракетных комплексов С-300В4 и С-400 «Триумф», чтобы довести количество уничтоженных средств высокоточного оружия более чем до 50-60%. Но именно здесь кроется самый коварный момент разрабатываемого в штабе международной коалиции ракетного удара.

Запуск «Томагавков» из акваторий Красного моря и Персидского залива совершенно не говорит о том, что их выход к боевым полям на территории Сирии (финальный участок траектории) будет происходить со стороны иракского воздушного направления (Абу-Кемаль или Эс-Сувар). Учитывая, что американцы отлично ознакомлены с возможностями комплексов семейства С-300П / С-400 обнаруживать низковысотные цели на дальности в 35 — 38 км благодаря использованию низковысотных обнаружителей 76Н6 и универсальных вышек 40В6МД, было бы наивно полагать, что ВМС США загрузят в инерциально-навигационные системы «Топоров» полётное задание с траекторией над ровным пустынным рельефом южных районов Сирии. Очевидно, что весь упор будет сделан на построение «воздушных коридоров», проходящих из Саудовской Аравии в Иорданию и Израиль, а уж потом (через Голанские высоты) в горную цепь Антиливана, которая уже многие годы успешно используется пилотами Хель Хаавир для скрытного нанесения ракетно-бомбовых ударов по сирийской военной инфраструктуре в мухафазах Дамаск, Хомс и Хама.

Для приобретённых сирийской армией зенитно-ракетных дивизионов «Бук-М2Э», а также для наших С-400 «Триумф», переброшенных к стратегически важным объектам близ подножья Антиливана, внезапное появление «Томагавков» непосредственно из горных хребтов может стать критическим моментом, так как все эти средства ПВО просто не успеют отработать по одной, двум и более сотням ракет противника. Использование зенитно-ракетного комплекса С-300В4 с новой ЗУР 9М82МВ, способной на загоризонтный перехват благодаря активной РГСН, также не гарантирует поражения части «Томагавков» в горах, поскольку должно быть целеуказание от А-50У. Но ведь дежурящий вдали от участков пролёта крылатых ракет RGM-109E самолёт А-50У может и не обнаружить их за «экраном» горных возвышенностей. Нельзя списывать со счетов и тот факт, что массированный ракетный удар ВМС США по Сирийской Арабской Республике черз горную цепь Антиливан будет осуществляться при всесторонней военной поддержке со стороны Военно-воздушных сил Израиля, которые преследуют здесь свои собственные интересы; это значит, что тактическая картина становится ещё более непредсказуемой.